Историк моды Милана Абиева специально для онлайн-журнала «Верфи» рассказала о влиянии искусства на модные тенденции.
Сегодня для нас абсолютно очевидно, что мода и искусство близки настолько, что сама мысль о том, что когда-то это было иначе, кажется просто нелепой. Тем не менее, не всегда искусство было таким «вольным», а мода — такой эксцентричной. Искусство является неотъемлемой частью современной моды — коллаборации с художниками, нанесение принтов с известными произведениями на одежду и аксессуары — всем этим нас уже не удивишь.
Не говоря уже о том, что многие модные дома открывают свои дизайнерские бюро и создают предметы интерьера, которые смело можно отнести к современному искусству. Тем не менее, так было не всегда. Безусловно, художники часто привлекались к созданию орнаментов на ткани, или же создавали иллюстрации модных образов. Однако, одной из первых настоящих коллабораций моды и искусства стал творческий тандем Эльзы Скьяпарелли и Сальвадора Дали.
Эльза Скьяпарелли открыла двери своего модного дома в Париже в далеком 1927 году. Начав свой путь к успеху с создания оригинальных свитеров, Скьяпарелли очень быстро прославилась, и уже к 1930-м годам о ней говорил весь Париж. Стиль новоиспеченной кутюрье с самых первых дней был очень выразителен и узнаваем. Во многом, именно Эльза определила парижскую моду 1930-х годов.
Изысканные костюмы с подчеркнутой линией плеч, выразительный декор ансамблей, экстравагантные аксессуары — все это пришлось по душе самым ультрамодным представительницам эпохи. Но что же вдохновляло Скьяпарелли на такие нестандартные творения ?
Ответ очевиден — искусство. Эльза вдохновлялась актуальными художественными течениями — кубизмом, африканским искусством и, конечно же, сюрреализмом. Последнее и вовсе сыграло колоссальную роль в творчестве кутюрье и привело к созданию одного из самых известных платьев в истории моды.
Роскошное вечернее платье, выполненное из шелка цвета экрю и украшенное гигантским лобстером наделало немало шуму. Собственно говоря, сам фасон платья был ничем не примечателен: лаконичный А-силуэт с акцентом на талии. То ли дело, огромный лобстер, созданный гением сюрреализма, Сальвадором Дали и украсивший наряд.
Дали видел лобстера символом чувственности и уже начиная с 1934 года внедрял этот образ в свои работы. Эльза, будучи настоящей королевой эпатажа, недолго думая решила увековечить эту идею на одном из своих платьев, ставшем частью ее весенне-летней коллекции 1937 года.
Подогрела интерес ко всему происходящему икона стиля и самая обсуждаемся женщина времени, Уоллис Симпсон. Фотографии Симпсон в платье с лобстером, сделанные легендарным фотографом Сесилом Битоном, украсили не один разворот журнала Vogue. Это был абсолютный успех коллаборации моды и искусства, вошедший в историю.
Конечно же, Скьяпарелли на этом не остановилась. Позже в том же году все в том же творческом тандеме с Сальвадором Дали родился еще один шедевр — шляпа в форме женской туфельки.
Источником вдохновения для создания такого аксессуара стало фото художника, сделанное его женой и музой Галой, на котором он позирует с женской туфелькой на голове. Собственно говоря, один из экземпляров достался, конечно же само Гале — сейчас эта самая шляпка хранится в парижском музее моды Palais Galliera.
Более того, Скьяпарелли, вдохновленная идеологией сюрреализма, представила публике очередное шокирующее платье — «платье-скелет». И снова здесь не обошлось без участия экстравагантного Дали. Черное платье с выразительной линией плеч создавало эффект второй кожи и было украшено некой имитацией человеческого скелета.
Скьяпарелли, будучи образом смелости и новаторства, стала одним из первопроходцев во внедрении искусства в моду. Позже ее примеру последуют многие именитые дизайнеры как прошлого столетия, так и двадцать первого века.
